Call of Zion

В Киеве резко обострилась ситуация, появились убитые и раненые. Следует учесть, что с некоторыми из наших экспертов мы беседовали до 18 февраля, с некоторыми уже после. Мы попытались представить заведомо полярные точки зрения. Свое мнение о ситуации в Украине высказывают руководитель программы по мониторингу ксенофобии Евроазиатского еврейского конгресса Вячеслав Лихачев, корреспондент газеты «Йедиот ахаронот» в Украине Эдуард Докс и главный раввин Киева и Украины Яаков-Дов Блайх.

Тризна по свободе. Плакат сторонников евроинтеграции Украины. 2 февраля 2014 года

Вячеслав ЛИХАЧЕВ Следует начать с того, что еврейская община расколота, как и весь украинский народ. На стороне действующей власти из еврейских лидеров выступают президент Украинского еврейского комитета, член Политсовета правящей Партии регионов Александр Фельдман; Александр Левин, выступающий от имени созданного им Всемирного форума русскоязычного еврейства, и связанный с ним раввин Моше-Реувен Асман; сопрезидент Еврейской конфедерации Украины Борис Фуксман и, в менее откровенной форме, стоящий за его спиной главный раввин Украины Яаков-Дов Блайх. Разумеется, еврейские лидеры не выступают прямо с политическими прокламациями. Однако из их заявлений и высказываний довольно очевидно, какую сторону они занимают.

На противоположной стороне баррикад оказался председатель Ваада Украины, председатель Генерального совета Евроазиатского еврейского конгресса Иосиф Зисельс. Он неоднократно выступал на митингах оппозиции, а сайт Ваада с конца ноября украшает баннер «Мы за евроинтеграцию!». На сцене Майдана молился за мир раввин Гилель Коэн, выступал с песнями на идише «Пушкин Клезмер Бэнд», да и многие из активистов протестного движения не скрывают своего еврейского происхождения, среди них: один из инициаторов Майдана журналист Виталий Портников, экономист Александр Пасхавер, предприниматель и преподаватель бизнес-школы Валерий Пекарь, художник Александр Ройтбурд и многие другие. Не составляют секрета и еврейские корни оппозиционного лидера, наиболее рейтингового политика страны Виталия Кличко, который, впрочем, не имеет сегодня никакого отношения к еврейской общине.

В силу традиционного положения городского среднего класса многие евреи разделяют проевропейские либеральные взгляды. С другой стороны, большинство украинских евреев проживают в крупных городах Юго-Востока страны. В этом регионе население скептически относится к Европе и не поддерживают оппозицию, подозревая ее в радикальном национализме. Между этими двумя полюсами противостояния распределены и еврейские «голоса».

То, что еврейская община разделена, не должно удивлять. Евреи находятся в том же идеологически-информационном контексте, что и окружающие, и занимают ту же позицию. Это свидетельствует о глубокой интеграции евреев в общество и говорит о том, что евреи — органическая часть народа, среди которого живут. Но, с другой стороны, это означает, что у еврейской общины нет собственной социально-политической субъектности.

Хотя у евреев на Майдане нет своей, специфической «повестки дня», мне кажется, она могла бы быть. Поводом для начала общественных выступлений был отказ правительства от евроинтеграционных устремлений, которые оно ранее декларировало. Мне кажется, что Европа для еврейской общины не должна быть абстрактным звуком. Европа — это определенные стандарты гарантии прав меньшинств. Евроинтеграция, даже в качестве камуфляжа, как это было у украинской власти до конца прошлого года, потребовала принятия антидискриминационного законодательства. Мне представляется, что для озабоченных проблемой антисемитизма еврейских активистов это могло бы быть важным фактором при выборе стороны в текущем конфликте. Наконец, бывшие страны соцлагеря, присоединившиеся к Евросоюзу в последние годы, были вынуждены осуществить реституцию незаконно изъятой еврейской общинной собственности. Одно это кардинальным образом могло бы изменить к лучшему жизнь еврейской общины Украины. Но на самом деле евреи на Майдане не задумываются о таких меркантильных факторах. Они стоят на баррикадах потому, что считают себя частью украинского народа, и выступают за евроинтеграцию потому, что полагают ее благом для Украины.

У евреев по другую сторону баррикад своей «повестки дня» тоже нет. Но у них есть свои, еврейские опасения, которые можно охарактеризовать одним словом — антисемитизм.

Исторически в восточноевропейских полиэтнических империях политически активным евреям было бе-зопаснее занимать сторону имперской власти. Национальные движения бывших окраин, отстаивающие право на собственное «титульное» государство, всегда были более серьезной угрозой для еврейского меньшинства. В глазах этнонационалистов евреи часто воспринимались как проводники антинациональной, проимперской политики и аккумулировали негатив, направленный на угнетающую окраины метрополию. В подобной ситуации еврейская община часто оказывалась перед непростым выбором — быть лояльной авторитарной власти, ненавидимой окружающим населением или солидаризоваться с угнетенным народом, среди которого есть и непредсказуемые радикалы.

Украинское протестное движение в значительной степени подпитывается стремлением выйти из орбиты России. Отказ от евроинтеграции многие восприняли как результат давления Кремля. На Майдан вышли не только либералы, но и скептически настроенные по отношению к Европе ультранационалисты. Ну а то, что среди радикальной части националистов встречаются антисемиты, не должно нас удивлять.

Радикалы, будучи подготовлены значительно лучше основной массы протестующих, заметны в моменты силового противостояния с милицией и становятся героями новостных репортажей. Однако они маргинальны в протестном движении. Организованных экстремистов не так много, считанные сотни. Парламентскую партию «Свобода» я к ним не отношу. Она сильно эволюционировала в сторону умеренной националистической идеологии. Ее лидеру, Олегу Тягнибоку, постоянно вспоминают антисемитское выступление 2004 года. Однако вот уже десять лет он себе ничего подобного не позволяет. Антисемитом он, конечно, быть не перестал, да и кроме лидера в «Свободе» немало индивидуальных юдофобов — но на сегодняшний день было бы сильным преувеличением назвать «Свободу» антисемитской партией.

Участники антиправительственных выступлений на Майдане в Киеве.
19 февраля 2014 года

Праворадикальные симпатии маргинальной, но шумной и заметной части сторонников Майдана отталкивают многих евреев. Однако на индивидуальном уровне антисемитизм и неонацистские симпатии распространены и среди участников противостояния с другой стороны. Много шуму наделало обнародование еврейскими организациями содержания странички в социальной сети, объединяющей бойцов «Беркута». Оказалось, что среди сотрудников правоохранительных органов, физически противостоящих протестующим, широко распространены взгляды, которые иначе чем нацистским сложно назвать. По мнению многих милиционеров, именно евреи стоят за «организацией беспорядков».

Кроме того, власть вербует из состава лояльных спортивных клубов нечто вроде «дружинников» для охраны административных зданий от захвата оппозицией и даже для разгона протестных акций. Таких нанятых за деньги полуспортсменов-полубандитов в Украине называют «титушками». Среди «титушек» из восточных регионов распространены пророссийские и просоветские имперско-националистические панславистские взгляды — ведь они противостоят, с их точки зрения, бандеровцам и «наймитам Запада». Идеология наиболее радикальной части «титушек» доходит до откровенного неонацизма. Неоднократно был зафиксирован факт участия активистов неонацистского движения из городов Восточной Украины в группах «титушек», нападавших на протестующих.

В этой обстановке в январе в Киеве произошли два откровенно антисемитских нападения. До сих пор неясно, кто бил евреев, возвращавшихся из синагоги. Есть вероятность антисемитского эксцесса со стороны вполне искренних национал-радикалов, заскучавших во время короткой паузы в противостоянии с милицией. Однако нельзя также исключать и вариант провокации со стороны тех же «титушек», направленной на дискредитацию оппозиции. Более того, совокупность косвенных факторов побуждает меня склоняться именно к этой версии.

Антисемитское насилие существенно обеспокоило общину. После нападений раздавались даже панические призывы к Израилю организовать немедленную эвакуацию украинских евреев, якобы подвергающихся опасности уничтожения со стороны бандеровцев. Наиболее истеричные и неадекватные заявления прозвучали со стороны не существующих в реальности еврейских организаций, возникших специально для создания информационной волны об «антисемитизме в Украине». Однако и некоторые более серьезные еврейские лидеры, пусть не в таких выражениях, тоже без каких-либо фактических оснований возложили ответственность за инциденты на протестное движение.

В тревожной атмосфере противостояния, раздирающего украинское общество, евреи чувствуют себя неуютно. Будущее общины, как и всей страны, зависит от того, чем закончится это противостояние.



ЭДУАРД ДОКС В последние три месяца, наполненные событиями, высокопарно именуемыми в Украине Евромайданом, мне как журналисту пришлось столкнуться с рекордным количеством фальши. Нацистов называют демонстрантами, вооруженных террористов — активистами, антитеррористические законы зовут диктаторскими и в один голос демонизируют спецподразделения милиции «Беркут», который к середине третьего месяца противостояния пока что так никого и не разогнал. Я хотел бы напомнить лишь некоторые детали этой эпопеи, противоречащие благостному взгляду как на сам Майдан, так и на евреев на Майдане.

Интервью с израильтянином, в прошлом бойцом ЦАХАЛа, который, по его словам, руководит боевиками на Грушевского, на «промайданном» сайте озаглавлено ни больше ни меньше так: «Еврейская сотня Самообороны»[1]. Где она, эта «сотня»? Как зовут все-таки этого «сотника»? И, наконец, зачем эта мистификация нужна украинским евреям?

Атмосфера, царящая на Майдане, весьма далека от того, что называют демократическими ценностями. Демонстрация иных убеждений здесь небезопасна. Еще в начале декабря на Крещатике были избиты профсоюзные активисты братья Левины за то, что распространяли листовки за права рабочих[2]. 15 февраля группа из 150 безоружных киевлян, представителей движения «За чистый Киев», выступавших за снос баррикад, опять-таки была жестоко избита на Крещатике вооруженными молодчиками под вопли «зиг хайль!». В итоге пять человек были госпитализированы с черепно-мозговыми травмами, а трое пропали без вести. Тем временем многие украинские СМИ сообщали о столкновениях, обвиняя киевлян в том, что они якобы были пьяны и сами спровоцировали евромайдановцев.

Вплоть до 16 февраля в Колонном зале здания захваченной киевской мэрии, находившемся в руках повстанцев с 1 декабря (впоследствии здание киевской мэрии вновь было захвачено митингующими. — Ред.), висел огромный портрет Степана Бандеры, объявившего в свое время жидов и москалей врагами Украины. Милиционеры, попадавшие в руки «повстанцев», рассказывали о специально оборудованной в мэрии камере пыток, после посещения которой они были госпитализированы в тяжелом состоянии[3]. А тех, кто прибывал в Киев митинговать в поддержку власти, отлавливали боевики самообороны Майдана, объявляли «титушками» и подвергали унизительным пыткам перед камерами[4].

8 декабря, под ликующие возгласы митингующих, был сброшен с пьедестала памятник Ленину: возможно, не все знают, что он символизировал в Киеве победу над фашизмом, так как в годы нацистской оккупации именно в этом месте была установлена виселица[5].

В начале известных событий на улице Грушевского, еще до того, как полностью выгорела колоннада стадиона «Динамо» имени Лобановского, боевики не пощадили портрет великого тренера: он был размалеван нацистской символикой. В Украине не так много людей, имя которых способно объединить восток и запад. Одним из них, несомненно, являлся Валерий Лобановский.

Все развитие событий, включая заблаговременную подготовку боевиков, массированную обработку молодежи с помощью социальных сетей, активное использование политики «разделяй и властвуй» в самих протестных рядах и давление со стороны представителей США, кому в Украине быть премьером (о котором стало документально известно после появления в интернете записи телефонного разговора заместителя Госсекретаря США Виктории Нуланд с американским послом в Киеве Джеффи Пайеттом), не может не наводить на мысль, что все это смахивает на «арабскую весну». Стало ли лучше жить в Ливии, Египте, Сирии?.. Евреям особенно следует задаться этим вопросом.

За пару дней до трагических февральских событий в Киеве генеральный директор Украинского еврейского комитета Эдуард Долинский так сформулировал свою точку зрения на происходящее: «Если разразится насилие, то евреи пострадают первыми. Было немало прецедентов за последние сто лет, когда именно евреи становились первыми жертвами. Кроме того, одна из ведущих сил на Майдане — это “Свобода”, лидеры которой до сих пор не отреклись от своих антисемитских и ксенофобских высказываний».

Пострадавший в результате нападения 19 января 2014 года студент киевской ешивы Дов-Бер Гликман

Яаков-Дов Блайх В сложившихся сегодня в Украине обстоятельствах следует понимать, что еврейская община — как организованная община — должна находиться в своем общинном доме, в синагоге, и должна решать там свои, еврейские вопросы. При этом каждый еврей, живущий в Украине, может и должен выразить свою гражданскую позицию. Я знаю многих евреев, которые находятся сейчас на Майдане. Они имеют на это право — это вопрос свободы слова в гражданском обществе. Но как община мы не имеем своих политических партий, мы вне политики. Очевидно, что сегодня в Украине решается не еврейский вопрос, но вопрос украинский и вопрос политический. В нашей общине есть люди, имеющие прямо противоположные мнения о происходящем.

В целом мы, конечно, занимаем проевропейскую позицию. Но мне кажется, что это позиция всей Украины, в том числе и Виктора Януковича: он шел к этому несколько лет, в последний момент почему-то не подписал договор с ЕС. Но я задал вопрос представителям оппозиции, Яценюку и Кличко, кто из украинских президентов сделал больше всего для продвижения Украины в Европу? Ответ был однозначным: это Янукович.

Мы, евреи, тоже хотим жить в нормальной демократической стране, хотим, чтобы здесь все было прозрачно, чтобы не было коррупции. Да, мы считаем, что Европа может дать те ценности, которые близки евреям. Но это нельзя сводить к дилемме: Европа или Россия, как это представляют многие политики и журналисты. Это не «черно-белый» вопрос, он намного более глубокий.

В Украине много еврейских организаций, и они имеют разные точки зрения на происходящее. Сейчас мы стараемся создать координационный совет, чтобы собрать вместе украинские еврейские организации и попытаться прийти к консенсусу по ряду вопросов. Мне кажется, что это было бы возможно. Но тот еврей, который говорит что-то на Майдане, говорит от своего имени. И ему не следует делать вид, будто он выражает точку зрения всех евреев Украины.

Например, то, что говорят председатель Ваада Иосиф Зисельс и депутат Верховной Рады Александр Фельдман, это два полюса, один примыкает к оппозиции, другой выступает за действующую власть. Я лично далек от обоих этих полюсов. Могу сказать, что я не согласен с Зисельсом в том, как он оценивает партию «Свобода». Кстати, он и его коллега по Евроазиатскому еврейскому конгрессу Вячеслав Лихачев говорят, что в 2013 году не наблюдался рост антисемитизма в Украине, и совершенно некорректно сравнивают украинские данные по этому вопросу с российскими. Россию и Украину в данном случае вообще сравнивать нельзя, поскольку численность российской общины в несколько раз больше, нежели численность украинской.

Что касается Фельдмана, он член Политсовета Партии регионов, он имеет право высказываться как политик. Но если он начинает говорить как лидер еврейской организации, тут есть проблема, поскольку нередко он не замечает, где проходит грань между политикой и еврейской общинной жизнью.

Когда произошли недавние нападения на евреев у нас в Киеве, на Подоле, меня не очень интересовало, кто в этом виноват и с чьей стороны осуществлялись провокации. Когда проливается еврейская кровь, когда евреи боятся выходить на улицу, мы не должны спрашивать, провокация это или нет. Никто не имеет права нападать на евреев в провокационных целях — ни оппозиция, ни власть. Еврейский вопрос не должен становиться частью украинского противостояния. Политики обязаны внятно сказать, что этого делать нельзя — и все. А что на деле? Я встречался с Арсением Яценюком и Виталием Кличко и донес до них свое беспокойство по поводу положения евреев в Украине. Опять я услышал: это провокации! Эти лидеры решили успокоить меня словами. Подобная позиция меня не устраивает. И уверен, в демократических странах подобные инциденты сразу подверглись бы осуждению. Я бы хотел, чтобы члены партий Яценюка и Кличко услышали от своих лидеров, что это не должно повториться. И так же должны поступить все украинские политики.

Но сейчас идет гражданская вой-на, в Украине есть убитые и раненые. Происходит обострение ситуации. Я думаю, Украина проходит один из тяжелейших этапов своего развития с постсоветских времен, если не самый тяжелый. Мы уже видели разные революции, которые бывали в Украине. Но все события прошлых лет нельзя сравнивать с нынешними. Сейчас Украина нуждается в молитвах и в благословении от Б-га, чтобы все закончилось мирно, чтобы не было больше жертв и чтобы Украина могла развиваться дальше.

[1]. http://espreso.tv/article/2014/02/13/yak_na_maydani_zhyve_yevreyska_sotnya_samooborony
[2]. http://revizor.ua/news/evromaidan/20131210_levin
[3]. http://www.ntv.ru/novosti/834680/
[4]. http://vlasti.net/news/186534
[5]. http://www.20khvylyn.com/news/politics/news_6780.html

Я ХОЧУ ПОЖЕРТВОВАТЬ НА АЛИЮ