Call of Zion

просмотров 7111

Бой на улице Роз

В 1943 году больше тысячи чистокровных ариек устроили демонстрацию на Розенштрассе, требуя освободить своих еврейских мужей. Геббельсу советовали объявить их коммунистками и расстрелять, но он испугался восстания в Берлине. Немки победили –тысячи евреев были спасены от концлагерей.

Смешанные арийско-еврейские браки были действительными в нацистской Германии вплоть до самого конца Второй мировой войны. Нюрнбергские расовые законы 1935 года наложили запрет на вступление в брак и внебрачные связи с евреями, однако на заключённые ранее союзы не распространялись. Встречая радушный приём среди немецкого народа, антисемиты были уверены: большинство смешанных союзов вскоре распадутся по «естественным» причинам в виде арестов, тюрем и концлагерей.

В 1939 году в Германии насчитывалось порядка 30 тысяч смешанных супружеских пар. С принятием расовых законов в участников подобных союзов тыкали пальцами на улицах, плевали под ноги, оскорбляли, от них с презрительными взглядами отстранялись соседи, на них доносили в полицию по самым незначительным поводам. Немок, состоящих в браке с евреями, называли «расовыми проститутками», «шлюхами», «продажными тварями». Мужчин всеми способами пытались принудить к разводу с жёнами-еврейками, и это иногда удавалось, особенно в случае с государственными служащими. Их убеждали, взывая к национальной и гражданской совести, им сулили, в зависимости от обстоятельств, всевозможные социальные выгоды в будущем, их запугивали, в конце концов.

С женщинами дела обстояли сложнее – всё-таки среди слабого пола в начале XX века инициатива расторжения брака встречалась крайне редко. На то была масса причин, начиная с традиционной женской преданности, которая, кстати, во все времена высоко ценилась в обществе. Разбираться с этой проблемой путём насилия власти Германии тоже не могли. Любое сомнение в правах граждан Германии, которыми всецело являлись немки из смешанных браков, ставило под угрозу идеологическую целостность Третьего рейха. Законностью, пусть деланной и лживой, фашисты очень дорожили. Так что одна из директив гестапо все-таки «временно» освобождала от депортации евреев, женатых на арийках и арийцах. Но это не избавляло их от остальных «привилегий» евреев на территории нацистской Германии. Они были обязаны носить звезду Давида, не имели возможности пользоваться общими бомбоубежищами во время авианалётов, при любом удобном случае их увольняли с работы. Они были зарегистрированы в полиции, выполняли только разрешённую для евреев работу и даже получали продовольственные карточки, но вся эта «хорошая жизнь» могла рухнуть в любой момент.

Вскоре подошло время окончательного решения еврейского вопроса. 27 февраля 1943 года гестаповцы арестовали порядка восьми тысяч евреев, среди которых было около 1800 супругов полноценных граждан Германии. Причём аресты сопровождались особой жестокостью, чтобы дополнительно запугать несговорчивых немцев. Евреи, состоящие в смешанных браках, были отсортированы и привезены на Розенштрассе, 2-4, где до недавнего времени располагалось здание еврейских служб социальной помощи Берлина, а ещё раньше – еврейская община. Здание оказалось буквально набитым людьми, сидеть или лежать приходилось по очереди. В тот же самый день туда стали стекаться супруги арестованных: мужья и по большей части все-таки жёны. Собравшиеся не расходились в продолжении нескольких дней, а даже если кто и уходил, на его место прибывали новые немцы, искавшие своих родственников.

Сначала им угрожали несколько военных из 1-го дивизиона СС – собравшихся это не охладило. Любые не санкционированные правительством митинги, манифестации и просто собрания в Германии к тому времени были уже, конечно, давно запрещены. Об этом протестующим напомнили прибывшие военные. Впрочем, это тоже никаких результатов не принесло. 1 марта праздновалась очередная годовщина Люфтваффе – британские ВВС по этому случаю с особым усердием бомбили Берлин. В небе работали более 250 машин, и это всего лишь на время разогнало собравшихся на Розенштрассе. После через прессу Геббельс обвинил евреев в жертвах и разрушениях и призвал немцев помогать друг другу. Правительство Германии было уверено, что бомбёжки положат конец протесту.

Женщин призыв Геббельса не тронул – ряды протестующих пополнились. На следующий день к собравшимся вышел сотрудник СС Альфред Шнайдер, который отвечал за порядок на объекте, длинный и худой, облачённый в чёрную форму. Он снова призвал женщин расходиться. Они назвали его никчемным карандашом, который хочет быть хоть кем-то, и сказали, что без своих мужей никуда не уйдут. С чем Шнайдер, собственно, и был вынужден ретироваться. В тот же день против собравшихся выстраивали автоматчиков. «Разойдитесь или мы будем стрелять!» – кричал Шнайдер. Женщины вцепились друг в друга руками, перепугались насмерть, но никуда не ушли, демонстрируя, что терять им уже нечего. Запугивания продолжились, но люди всё равно настаивали на своём.

Некоторые представители германского правительства высказывали предположение, что протестующие – коммунистки. Однако Геббельс, пребывавший в шоке от поведения соплеменниц, боялся этой мысли как огня и настаивал, что женщины на Розенштрассе демонстрируют лучшие качества прекрасной части Германии – верность своей семье. Беда только, что в данном случае эти качества оборачиваются против интересов, собственно, Германии. Несмотря на то, что он сам накануне объявлял политику тотальной войны против евреев, он не смог позволить расстрелять тысячи их жён. Поражение под Сталинградом и так обнаружило упаднические настроения среди немцев, и расстрел более тысячи ариек в центре Берлина, во-первых, не мог остаться незамеченным общественностью, а во-вторых, имел все шансы поставить крест на единстве интересов «высшей расы».

Новость о протесте передавалась из уст в уста и быстро вышла за пределы Германии. Британская пресса писала о них тогда же, в первую неделю марта 1943 года. Памятуя о протестах, которые вызвало принятие программы Тиргартенштрассе, допуская, что убийство немцев из смешанных браков вызовет протесты среди остальных их родственников, правительство было вынуждено отступить. И с конца первой недели марта заключённых на Розенштрассе супругов и членов семей немцев стали отпускать. В Берлин вернули даже тех 25 человек, которых 5 марта затолкали в грузовик и отправили в Освенцим. Это была победа, пусть и условная. Девятого марта Гитлер похвалил Геббельса за принятое решение, однако назвал его «отложенным решением еврейского вопроса» и отметил, что уничтожить всех без исключения евреев Германии всё так же необходимо. И сделать это нужно тихо. Командирам на местах было велено поступать с евреями по обстоятельствам и спуску не давать. Любопытно, что вместо выполнения наказа фюрера Геббельс распорядился разрешить евреям Берлина не носить желтую звезду на одежде.

Сами того не зная, немки спасли от смерти не только собственных мужей. 21 мая 1943 года начальник Главного управления безопасности СС Эрнст Кальтенбруннер распорядился освободить из концентрационных лагерей всех немецких евреев из смешанных браков, за исключением тех, разумеется, кто был осуждён по криминальным статьям. Одна из участниц событий, Эльза Хольцер, позже сказала, что женщины на Розенштрассе совсем не предполагали такого финала. Они не думали о последствиях вообще и действовали по наитию, по душе: «Я сделала то, что должна была. Мой муж нуждался в моей защите, и я его защитила. Так же поступила каждая из нас. И это самое прекрасное в той истории».

p.s.

Эти события легли в основу фильма "Розеншрассе" - смотреть в фильм в разделе "Киноклуб"

Источник: http://jewish.ru/ru/stories/chronicles/184692/