Call of Zion

просмотров 10145

Полемика современного христианско-иудейского диалога.

По-прежнему, для понимания сложности вопросов христианско-иудейского диалога, необходимо рассматривать проблематику с различных сторон. Прежде всего, важно видеть проблемы и сложности диалога глазами иудейской стороны. Здесь дела обстоят не столь оптимистично, как нам хотелось бы. Для иллюстрации, хочу привести выдержки из современного интервью раввина Адина Штейнзальца журналом «Шпигель» (приводится в сокращении по материалам сайта http://jewishanswer.10.forumer.com).

Шпигель: Как вы смотрите на то, что кто-либо из евреев переходит в христианство?
Штейнзальц: С теологической точки зрения такой еврей в наших глазах является ренегатом. Он оставил свой народ, продал себя. Отношение евреев к выкрестам всегда было таким.

Шпигель: А сегодня?
Штейнзальц: Сегодня по отношению к выкрестам мы испытываем такое же чувство, какое честный военный испытывает по отношению к дезертиру. Впрочем, складывается впечатление, что для перехода в иную концессию евреи сегодня не ищут теологические основания; мало кто из выкрестов знаком с иудаизмом, да и с догматами христианства. И зачастую именно они становятся самыми оголтелыми антисемитами.

Шпигель: Израильтянин-христианин, по вашему мнению, и сегодня столь же немыслим, как и прежде?
Штейнзальц: Израильтяне-христиане – их немало среди арабов, однако среди коренных израильтян-евреев – это почти нонсенс!

Шпигель: Почему вы, иудеи-ортодоксы, имеющие так много раввинов в своих рядах, настолько неохотно откликаетесь на предложения об участии в иудео-христианских конференциях?
Штейнзальц: Меня часто спрашивают, почему я не принимаю участия в подобных конференциях, несмотря на то, что имею так много друзей среди христиан, в частности, среди духовенства. Понимаете ли, я придерживаюсь той точки зрения, что диалог возможен только на основе партнерства, при приблизительно равных исходных условиях.

Шпигель: А их по-прежнему нет?
Штейнзальц: Проблема нашего диалога следующая: я никогда не делал попыток заставить христиан перейти в другую религию. У меня нет такого желания, и это не является моим долгом. Среди идеалов иудаизма спасение заблудших душ неевреев не значится: мы считаем, что праведным иноверцам в любом случае обеспечено место в грядущем мире, в то время как вера христиан, напротив, обязывает их попытаться вызволить мою душу из адского огня и привести ее на небеса.

Диалог с кем-либо, кто пытается меня охмурить, невозможен. Изначально мы оказываемся в неравных условиях - подобно тому, как мы находимся в неравных условиях с Организацией освобождения Палестины. Почему мы не можем добиться того, чтобы ООП изменила оскорбительный для нас пункт об отрицании государства Израиль и его еврейского характера и внесла поправку в свою хартию?

Когда сама наша легитимность стоит под вопросом, не может быть никакого диалога о мире или урегулировании, в лучшем случае - о временном перемирии.

Шпигель: И поэтому "нет" иудео-христианским конференциям!?
Штейнзальц: Я отношусь к мероприятиям подобного рода как к возвращению в средневековье, когда между нами велись принудительно организованные диспуты. Исторически у нас к теологическим дискуссиям труднопреодолимое отвращение. На подобных конференциях вместе с хорошими христианами принимают участие плохие евреи.

Шпигель: Но ведь папа во время визита в Израиль коленопреклоненно молил о прощении за гонения. Он говорил, что это была его "великая мечта" - пасть перед евреями на колени и попросить прощения, как это сделал Вилли Брандт перед памятником жертвам Варшавского гетто. Изменил ли подобный жест ваши взгляды?
Штейнзальц: Я не отвечу на этот вопрос. Я родился в Израиле, и у меня никогда не было ощущения, что христиане меня преследуют. Что же касается моих родителей, родившихся в христианских странах, то их чувства были иными. И для таких людей, как они, подобный жест папы был бы явно недостаточным.

(конец интервью)

Не так давно, на одну из статей, размещенных на нашем сайте, мы получили отзыв, автор которого подобно раввину Штейнзальц довольно критично относится к попыткам современных христиан построить диалог с иудейским миром. Ниже с небольшими изменениями приведен этот отзыв, чтобы вы могли оценить тональность и еще раз взглянуть на ситуацию глазами современных евреев. Также ниже привожу мою попытку ответить на поднимаемые в полемике вопросы.

Читатель сайта пишет:

«Извините, но это… – лукавство. Потому как вы все равно верите, что все иудеи уверуют в Иисуса, когда он придет во второй раз. Для меня, еврея (я неверующий, поэтому иудеем себя не считаю), разницы нет, когда вы считаете, что я стану христианином – сейчас или во время второго пришествия. Вы все равно ждете и желаете, и нацелены на это. А это значит, что не считаете иудаизм полноценным ответом от Бога, значит, вы не считаете иудеев и их Закон полным откровением. Для меня, еврея, этого достаточно, чтобы обвинить вас в планах обращения нас в свою религию...

Говоря об Иисусе, он не первый и не последний претендент на еврейского мошияха, но простое сопоставление его дел и того, что случилось потом с евреями (и что должно случится, по мнению раввинов после прихода настоящего мошияха) показывает, что никакой второй приход не исправит те ошибки, совершенные с евреями в его честь. Уже оставьте нас в покое! Занимайтесь своей церковью, ведь в ней так много проблем. Как там сказано вашим Христом - разберитесь со своим бревном, а потом указывайте на наши соринки.

Я осведомлен о деятельности христиан в деле репатриации. Что ж, спасибо, но это что, попытка исправить ошибки прошлого? Деньгами загладить преследования евреев? А тут еще выясняется, что камень за пазухой все равно лежит - никак не дает покоя наша стойкость в иудаизме. Раз уж сейчас не получается, так хоть после пришествия все равно обратятся. Спасибо, не надо! Нормальный диалог возможен только тогда, когда участники диалога признают друг друга равными и полноценными партнерами, а не улыбаются, думая, ну ничего, вот придет наш Иисус, вы все равно станете такими, какими мы хотим вас видеть.

Уж извините за откровенность.
(Читатель)»


Моя попытка ответить на поднимаемые вопросы:

«Уважаемый читатель.

Вам не стоит извиняться за откровенность, наоборот, искренне Вам благодарен за такой ответ и комментарии. На мой взгляд, Вы ставите вопросы правильно и при этом очень характерно, что позволит нашей христианской аудитории еще раз посмотреть на проблему иудейскими глазами.

Простите, что уточняю, но аудитория нашего портала – это христиане. В общем-то, не совсем верно будет обвинять нас и наш портал, что мы "лезем к вам со своим Иисусом". Мы обращаемся исключительно и только к церковной аудитории. Это им важно знать. Зачем? Именно затем, чтобы христиане оставили вас в покое и признали полноценность иудаизма. В общем-то, своими постами и статьями как раз и пытаемся разобраться с нашим бревном! Иначе грех антииудаизма, которым столетия хронически больно христианство, не искоренить...

Этот процесс не быстрый, и радикально его не решить, иначе за «ересь жидовствования» в очередной раз придется нам в идеологическом смысле взойти на костры инквизиции. Впрочем, еще за 200 лет до Герцля и Жаботинского первые христиане-сионисты горели на кострах «аутодафе» за свою поддержку права евреев на Святую Землю. Мы были и остаемся противником антииудейских настроений в христианстве, и стараемся делать все, что возможно в направлении полного признания христианством иудаизма. И многое сделано, и еще больше предстоит сделать.

Лукавство или не лукавство...? Бог сердцеведец! Однако уже более 20 лет мы служим репатриантам, изучаем истории Израиля и иудаизма, и прилагаем усилия, направленные на исправление христианского мышления и богословия по отношению к иудеям. Много боли отвержения и непонимания приходится сносить за свои сионистские и про-иудейские убеждения со стороны христианского мира. С другой стороны, заботиться о репатриантах в 2 часа ночи при минус 35, перенося их нескончаемые вещи – какое уж тут лукавство…? Хотя Вы правы, конечно же – это капля в море нашей вины перед вами, и тысячи наших дел не перевесят ваших слов, потому что на вашей чаше весов – наши преступления. Простите нас...

С другой стороны, не думать и не говорить о судьбе еврейского народа христиане по определению не могут и никогда не смогут. Все христианская Библия – это наследие еврейского религиозного мира. Наши апостолы были и до конца своих дней оставались иудеями. Даже самый про-язычески направленный апостол Павел уделял огромное внимание «еврейскому вопросу» и готов был «быть проклятым и анафемированным от Христа ради братьев по плоти, т.е. Израильтян…» (Послание Римлянам 9:3). Сами же христианские (новозаветные) тексты не носят антиизраильского характера, скорее напротив. Да, некоторая критика определенных явлений, как то лицемерного отношения к вере или коллаборационизма, присутствует в Евангелиях. Однако подобную критику с лихвой можно найти и в талмудической литературе, и в Свитках Мертвого моря. Большая часть проблемы диалога лежит в искаженных богословских интерпретациях Священных текстов. К сожаленью, церковь средневековья стала наследницей эллинистических подходов в интерпретации текстов Библии, зачинателем которых был небезызвестный эллинист Филон Александрийский.

Два слова по существу.
Давайте абстрагируемся от имени Иисус Христос. Остановимся на иудейско-танахическом семитизме – на термине Мессия (Машиах, Мешиха). Разве согласно иудейским представлениям не должна произойти встреча Мессии Израиля с Его возлюбленным народом? Любой раввин, за исключением модерниста, скажет Вам, что должна. И встреча эта непременно должна произойти на Земле. Поэтому идеи, которые мы высказываем по сущности своей – чисто иудейские! Христианского здесь то, что мы Мессию называем греческим вариантом слова Машиах – «Христос», и то, что мы думает, что это будет Его второе пришествие. В наших статьях мы как раз пытаемся утверждать право иудеев на заветные отношения со Своим Мессией, в которого по большой поблажке верят и христиане – мы называем это благодатью.

Понимаю, что с иудейской позиции наши рассуждения не могут не показаться христианизированными. С другой стороны, не повторяйте наших ошибок, смотрите на ситуацию глазами клерикала и Вы обнаружите, что мы радикальны в своем послании к Церкви, и большую критику получаем со стороны идеологов старой закваски.

Не стоит относить нас к популяризаторам непременного становления иудеев христианами, их обращения. Одна идей, что иудеи в большей части должны и останутся иудеями вплоть до прихода Машиаха. Первого или второго прихода – это уже другой вопрос, хотя и в иудаизме существовали и существуют верования в двух Мессий и даже в два пришествия (к примеру, см. Свитки Мертвого моря). Будет ли это именно Иисус? Мы верим, что да, но, пожалуй лучшим будет ответ – поживем-увидим! Однако ни один другой "лже-мессиия" не сделал такого глобального переворота в языческом мире, чтобы так популяризировать иудейский монотеизм и Тору! Масштабы поистине колоссальны. Как минимум, это заставляет задуматься, ведь именно благодаря наследию еврейского учителя Иисуса, мы, язычники, прониклись идеями иудейского монотеизма. Разве это не Свет Торы, который должен принести Мессия?

Думается, будет довольно утопичным желание добиться единых мессианских взглядов у христиан и иудеев. Они всегда отличались, и будут отличаться. С другой стороны, если Вы углубитесь в изучение иудаизма, Вы обнаружите, что и в иудаизме (историческом ли, или современном) существовала целая палитра довольно разноплановых взглядов на личность Машиаха. Иудеи-модернисты, как и некоторые каббалисты вообще обезличили Машиаха. И притом, что в иудаизме присутствует такая палитра взглядов, это не мешает иудейскому миру оставаться единым. Что мешает нам, при всех различиях во взглядах на личность и природу Мессии быть едиными? Пожалуй, только кровавое прошлое… Вот здесь то и хочется в своей богословско-публицистической деятельности, направленной исключительно к христианству и христианам, сделать все возможное, чтобы «церковь Христова» в очередной раз не наступила на все те же грабли греха антииудаизма, отреклась от средневекового невежества, и стала, наконец, в духе новозаветных писаний опорой и поддержкой для всего иудейского мира и Израиля!

Еще раз, спасибо за проявленный интерес и комментарий.
(Анатолий Ермохин)»