Call of Zion

И жизнь, и картины, и книги это человека потрясают! Познакомившись с ним понимаешь – никто и ничто не помешает Божьему Промыслу в твоей жизни.
 
Иосиф Бау родился 3 июня 1920 года в Кракове в еврейской семье Абрахама и Цили Бау.
В 1933 году отец привел Бау к местному раввину, подготовить сына к бар-мицве. Семья Бау была далека от религии, и о еврейских традициях он практически ничего не знал. Вскоре Бау во сне начал слышать какие-то непонятные слова. Два слова он запомнил, записал латинскими буквами на клочке газеты и принес раввину. Удивлению раввина не было предела - слова оказались транслитерацией ивритской фразы "tagia laveitel" - прибудешь в Дом Божий, или, в более светской интерпретации, - на Землю Израилеву. На протяжении войны, в гетто, Бау всегда помнил об этой фразе. Несмотря на страшные годы концлагерей.
С 1938 года стал обучаться в Краковской школе пластических искусств. В декабре 1939 года был исключён после того, как был выпущен указ Краковского губернатора о запрещении обучения евреев в государственных учебных заведениях.
В 1939 году всех краковских евреев отправили в гетто.

Когда фашисты на глазах у Бау застрелили отца, он закричал им вслед: "Вы убили моего отца, так убейте и меня. Зачем мне жить?" Один из товарищей, такой же вчерашний подросток, сдержал Бау, вытер слезы на его лице, обнял и сказал: "Юзик, если они тебя убьют, то будет одним евреем меньше, и все. Но если выживешь, то ты сможешь рассказать миру, что они с нами сделали".
Из гетто он попал в концлагерь Плашов, где благодаря умению писать готическим шрифтом, он занимался написанием текстов на ящиках, которые немцы отправляли из концлагеря в Германию, рисовал плакаты и планы концлагерей.


В лагере Йосеф познакомился с любовью всей своей жизни Ривкой (Ребеккой) Таненбаум, там и случилось их тайное бракосочетание. Эта подлинная история нашла воплощение в знаменитом фильме Стивена Спилберга "Список Шиндлера". Впрочем, кинематографическая версия довольно далека от подлинного хода событий. В отличие от героев картины, у Йосефа и Ребекки не было хупы, не было гостей и не было даже стакана, который жених по традиции разбивает на счастье. Зато были обручальные кольца, которые лагерные мастера изготовили из серебряной ложечки. Эту ложечку Йосеф выменял на пайки хлеба, которые он собрал за несколько дней, отказывая себе в еде.

Вечером, когда женщины лагеря Плашув возвращались после работы и проходили мимо мужских бараков, он пробрался в женскую колонну, повязав на голову кусок ткани. Ребекка и Йосеф обменивались условным свистом, пока он пробирался к ней вдоль женской колонны. Вместе добрались до барака, и там уже Йосеф вручил своей невесте кольцо со словами «Этим кольцом ты посвящаешься мне в жены по закону Моисея и Израиля». При церемонии присутствовала мать Йосефа Циля, она и благословила новобрачных.

Поздней ночью, когда Йосеф возвращался в свой барак, где немцы объявили перекличку, он обнаружил, что ворота между женской и мужской лагерными зонами закрыты. Он решил броситься на электрический забор, а там будь что будет. Позже, вспоминая этот момент, шутил: «Если бы меня ударило током и я погиб, утром все мужчины завидовали бы мне, увидев, как я повис на заборе с женской стороны». Йосефу повезло: в ту ночь забор почему-то был обесточен, и он благополучно через него перелез. Вскоре их разлучили: Йосеф попал в список Шиндлера, что означало спасение, а Ребекку отправили в Освенцим, что было равнозначно смерти. Но ей повезло: через некоторое время Ребекку и еще три сотни заключенных-женщин перевели в другой лагерь на территории Чехословакии, где требовались работницы. Это спасло ей жизнь. Только спустя много лет Йосеф узнал, что и своим спасением он обязан своей любимой жене. Первоначально в списке Шиндлера значилось ее имя, но она попросила включить в список Йосефа вместо себя. Йосеф и дочери узнали об этом только спустя 50 лет, когда на экраны вышел фильм Спилберга и в их дом зачастили журналисты.

Спустя годы, когда они вновь встретились, у них была настоящая свадьба с хупой, в Кракове после войны.
 История их послевоенной встречи тоже можно назвать Божьим Провидением. Йосефу стало известно, что его жена вместе с группой других узниц после освобождения из лагеря направлялась на родину в Краков. Но по дороге случилась авария, женщины были ранены, и их поместили в госпиталь. Йосеф отправился во Фрейденталь, где по слухам должна была находиться, Ребекка и ее подруги, но по дороге застрял на маленькой станции в Чехии. Вначале он проспал свою станцию, потом опоздал на обратный поезд, и это обстоятельство спасло ему жизнь. Оказывается, на обратном пути обрушился железнодорожный мост, вагоны попадали в пропасть, и многие люди погибли. В ожидании автобуса во Фрейденталь Йосеф слонялся по платформе. Он все еще был в арестантской робе, истощен и измучен, и его приняли за немецкого военнопленного (такая вот послевоенная ирония судьбы), арестовали и доставили в полицейский участок. Там он рассказал свою историю и историю своей жены. Оказалось, что в местном госпитале находятся раненые женщины, чья история удивительно совпадала с рассказом Йосефа. Он отправился туда и, приблизившись к окнам больницы, просвистел свою условную музыкальную фразу. Каково же было его удивление, когда в ответ из окна раздался условный свист! Оказалось, что именно сюда, а не во Фрейденталь попала Ребекка после аварии и ранения. У Йосефа и Ребекки было две свадьбы, но фотография сохранилась только со второй, краковской. Тогда, чтобы восстановить историческую справедливость, Йосеф отретушировал снимок, «одел» себя и Ривку в арестантские полосатые робы.

После войны Йосеф закончил Краковский университет, но жить в Польше они не смогли и в 1950г.  репатриировались в Израиль. Он прошел все трудности алии и абсорбции. Чтобы лучше изучить иврит, он иллюстрировал слова и понятия.  Он даже выпустил книгу "Брит-миля" игра слов на иврите. В Израиле Йосеф работал промышленным. Йосеф никогда не подписывал свои работы, чем сердил свою жену.
И только после его смерти в 2002г. стало известно, почему Йосеф не подписывал свои работы и как художник был совершенно неизвестен. Он работал в израильской разведке Мосад и делал фальшивые документы для израильских разведчиков. Даже любимая жена и дочери не знали о его "второй" жизни. Именно он делал фальшивые документы тем, кто привез в Израиль Эхмана.

Больше работ художника можно посмотреть на официальном сайте музея http://www.josephbau.com