Call of Zion

просмотров 22844

Святая Палата (Инквизиция)

В Испании, от страха онемелой,
Царили Фердинанд и Изабелла,
Но властвовал железною рукой
Великий инквизитор над страной...
Он был жесток, как повелитель ада,
Великий инквизитор Торквемада. 

Г. Лонгфелло
(перевод Б. Томашевского)

Инквизиция (от лат. injuisitio – «расследование») – трибунал католической Церкви, осуществлявший сыскные, судебные и карательные функции, имеет многовековую историю. Возникновение её связано с борьбой против еретиков. 

В настоящем очерке хотелось познакомить читателя с черным (если не сказать кровавым) пятном в истории Церкви, каких, впрочем, в ее летописи было и не мало. Поговорим об инквизиции. Однако говорить о всей истории деятельности инквизиции очень сложно, слишком уж неоднозначна ее оценка, даваемая различными историками и публицистами. Уместней будет поговорить об определенном, и при том самом жестоком ее периоде – об Испанской инквизиции.

Жаль, что очень уж многие члены Тела Христова, неважно люди из клира или из прихожан, откровенно не знают и не интересуются историей Церкви, зачастую заблуждаясь, принимая ложные интерпретации ее особо мрачных и сакральных моментов за истину. Небезызвестно, что незнание своих исторических ошибок, ложное их толкование может привести и приводит к их повторению. Уже слышу звучащий вопрос, а при чем здесь евреи? Забегая вперед, отмечу, что основные усилия Святой Палаты в Испании были направлены именно против евреев. А как же ведьмы, колдуны, чародеи и алхимики, о которых мы привыкли слышать? Были и алхимики, были и ведьмы, только все это в масштабе происходящего составляло малую толику событий, порой и вообще единичные случаи; явление же преследования инквизицией евреев было массовым. Желаю обратить внимание, что литературных источников, повествующих о деятельности средневековой инквизиции, много, особо же хочется отметить заслуживающий пристального ознакомления документально-исторический труд Рафаэля Сабатини «Торквемада и испанская инквизиция».

В 1184 г. Папа Луций III собрал в Вероне собор, решения которого обязывали священнослужителей собирать сведения о еретиках и проводить их розыск. Согласно папской булле, еретики подлежали сожжению, а их имущество, унаследованное кем-либо – конфискации. Это было время расцвета альбигойской ереси. Эта ересь поразила всю центральную Европу и большую часть Галлии. Сохранившие верность Святому Престолу короли стали готовиться в новый Крестовый поход. Однако Ватикан понимал, что вооруженное подавление восстания не приведет к искоренению ереси, озлобившиеся альбигойцы просто уйдут в подполье. Поэтому всю свою мощь Ватикан употребил на идеологическую войну с противником. Вслед за войсками следовало множество проповедников, которые призывали еретиков вернуться в лоно Церкви, и при необходимости предавали наиболее активных лжеучителей в руки светской власти.

В этих мероприятиях больше всех преуспел некий Доминик де Густав. На его счету были  многочисленные обращения не только рядовых сектантов, но и руководителей ереси, так называемых совершенных. В это время Ватикан создает специальную миссию против альбигойцев, и возглавил ее именно брат Доминик. С течением времени миссия выросла в крупный монашеский орден, основной целью которого была проповедь против ересей. А вскоре, во время Латеранского собора 1215 года Доминик де Густав получил титул апостолического инквизитора для искоренения ересей и преследования еретиков во всех частях христианского мира. При Святом Доминике инквизиции были даны чрезвычайные полномочия, ордену стали подчиняться как церковные, так и светские власти. 

Наиболее влиятельной и жестокой инквизиция оказалась в Испании. По существу, представления об инквизиции и инквизиторах сложились под влиянием сведений о преследованиях и расправах с еретиками, связанных с именем Томаса де Торквемада, с его жизнью и деятельностью. Это самые мрачные страницы истории инквизиции. Личность Торквемады, описанная историками, теологами и по сей день вызывает интерес. Томас считается подлинным творцом и идеологом испанской инквизиции; с его именем связаны грандиозные преобразования, потрясшие католическую Европу в конце XV века. «Неподвластный суетности мирских стремлений, он кажется одновременно сверхчеловеком и недочеловеком, неустрашимый среди проклятий, равнодушный к рукоплесканиям, презирающий материальные блага - ни в чем не проявляется столь величественным и достойным восхищения, как в решительном самоотречении, с которым посвящает себя служению своему Богу». Действительно, трудно дать этой личности более меткую оценку, чем это сделал Рафаэль Сабатини¹.

Томас де Торквемада родился в 1420 г. Его детство и отрочество не оставили свидетельств серьёзных душевных потрясений и отклонений в психике. В школьные годы он служил примером добропорядочности не только для одноклассников, но даже и для учителей. Став затем монахом ордена доминиканцев, он отличался безупречным отношением к традициям ордена и монашескому образу жизни, выполнял религиозные обряды. Глубокая набожность Торквемады не осталась незамеченной. Получив богословское образование и отличаясь аскетическими наклонностями, Торквемада очень быстро сделался приором одного из важнейших монастырей Севильи, а затем и духовником кастильской принцессы Изабеллы. Когда Изабелла пожелала иметь его своим духовником, Торквемада посчитал это за великую честь. Его влияние на жизнь королевского двора было значительным. Именно инквизиция способствовала возведению на трон Изабеллы и заключению брака с Фердинандом Арагонским, соединившего не только королевские сердца, но и два самых значительных Испанских королевства. из этих фактов и вытекает столь очевидное и одновременно роковое влияние инквизиции на Испанских правителей.

В 1483 г., получив титул Великого инквизитора, он практически возглавил испанский католический трибунал. По некоторым оценкам феномен Торквемады слишком одномерен: жестокость, жестокость и ещё раз жестокость. Инквизитор не оставил после себя ни трактатов, ни проповедей, ни каких-либо заметок, позволяющих оценить его литературные способности и теологические воззрения. Страшен был и арсенал пыток, придуманных инквизицией за несколько веков её существования: сожжение на костре, пытка огнем, пытка колесом, пытка водой, замуровывание в стены и др. Торквемада прибегал к ним намного чаще других инквизиторов.

После изгнания мавров Пиренейский полуостров представлял из себя конгломерат карликовых, враждующих между собой государств, в каждом из которых к тому же был свой архиепископ, подчинявшийся непосредственно Папе. Только юрисдикция Торквемады простиралась от Франции до Португалии. Священный Трибунал в это время был единственной структурой, общей для всей Испании. Первым шагом в осуществлении грандиозного замысла для Торквемады стала юридическая реформа инквизиции. Именно создание четкой вертикали духовной власти, идеальная организация секретного делопроизводства позволило великому инквизитору преобразовать монашеский орден в тайную корпорацию, фактически неподвластную не только королю, но и самому Папе. 

Перейдем же к самой сути разговора. Так чем же занималась инквизиция в Испании? И каково место евреев в этой кровавой истории? Разберемся с объектом преследования Святой Палаты. Кого преследовала инквизиция? Преследовала ли инквизиция сатанистов и колдунов? Может, ведьм? Может, она преследовала мусульман или иудеев? И да, и нет ... Она преследовала еретиков! Незнания и недопонимание этого факта породили весьма распространенные заблуждения. Кто же такие еретики? Ни мусульмане, ни иудеи, ни даже приверженцы языческих культов не являлись еретиками, если они никогда не были или не становились христианами! Святая Палата почти никогда не преследовала НЕ-христиан во всем их многообразии. Даже знаменитое и пресловутое мнение об инквизиции, как о церковном органе, устроившем тотальную охоту на ведьм – это весьма искаженное и однобокое представление о работе Святой Палаты. Дьякон Андрей Кураев в одной из своих книг «Неамериканский миссионер», рассказывая об инквизиции, весьма популярно освещает данный факт, ссылаясь на некоторые другие исторические документы: «...Первый случай преследования ведьмы произошел в 1498 году»². “Колдовство до XV века мы совершенно не встречаем»³. «Колдовство и ведьмовство – явление не очень старое. Собственно говоря, о ведьмах до XV столетия было, как будто бы, и вовсе не слыхать»⁴. “Колдовство было мало распространено в Средние века, да и к концу XV — началу XVI веков оно не стало слишком популярным. Церковный собор в Валенсии, проходивший в 1248 году, не отнес колдунов к еретикам и постановил, что дело с ними должны иметь только епископы. В случае нежелания покаяться и при упорстве их приговаривали к тюремному заключению на срок, определяемый епископом. Вернар Гун говорил, что Святая палата должна заниматься еретиками, а потому почти во всех случаях, когда колдуны представали перед его трибуналом, он попросту передавал их дела в руки епископских судов... » Поразительно то, что среди евреев, как отмечает профессор Р. И. Телушкин⁵, бытует совершенно противоположное мнение, что инквизиция боролась исключительно против евреев, а не против всех заподозренных в ереси и лишь в их числе – против евреев.

Так кто же все-таки был еретиком в понимании инквизиции? Еретиками являлись, как я уже отметил, люди, принявшие христианство и продолжающие исповедовать либо исполнять обряды и установления, не относящиеся к христианским догматическим уставам. К такой категории христиан можно было отнести и ведьм, и алхимиков. Но подавляющее большинство еретиков в Испании составили, так называемые мараны (обращенные из иудаизма) и частично мориски (обращенные в христианство мусульмане, мавры).

В 1492 году наконец завершилась многовековая борьба христианских королей с захватившими Пиренеи мусульманами. В этот год Испанские государи Фердинанд и Изабелла завоевали Гранаду. Эта земля уже несколько веков оставалась последним несокрушимым оплотом арабов в Испании. Население Гранады в то время состояло в основном из принявших ислам марокканцев, получивших впоследствии имя мавров, и иудеев, которым в арабских странах жилось более вольготно, чем в христианской Европе.

После присоединения Гранады огромное множество мавров перешло в христианскую веру. В основном, мавры принимали крещение притворно или, по крайней мере, понимали христианство весьма поверхностно. Вместе с тем они не искали никакой выгоды от церкви. Как правило, в основе их обращения в новую религию лежало желание снискать уважение победителей. 

Инквизиция отнеслась к обращенным маврам очень лояльно. Торквемада понимал, что бывшие мусульмане не смогут сразу оставить свои старые обычаи. Необходимо длительное время, для того чтобы выросло новое поклонение, уже не вспоминающее о своих исламских корнях. По его личной просьбе Королевский совет принял секретный циркуляр, запрещающий в течении сорока лет преследовать за ересь морисков, то есть новых христиан. Также воспрещалось инквизиторам устраивать трибуналы в провинциях, лежащих западнее Кордовы. И действительно, первый Гранадский трибунал был создан лишь после смерти Торквемады, в 1526 году.

Совсем иная ситуация сложилась вокруг сефардов - испанских иудеев («Сфарад» - еврейское название Испании). X-XII века известны как Золотой век испанского еврейства. В этот период многие евреи занимали высокие правительственные посты, еврейская религиозная и культурная жизнь в Испании этого периода процветала. На протяжении золотого века большую часть Испании контролировали беспрецедентно терпимые к иудаизму исламские правители, вплоть до того момента, как Испания была вновь отвоевана христианами. Умея хорошо ладить с арабами, сефарды успешно занимались морской торговлей. С течением времени они даже приобрели монопольное положение в этой важнейшей для испанской экономики области. Подобное привилегированное положение позволило иудеям сосредоточить в своих руках большую часть богатств полуострова. В должниках у сефардов числились даже Арагонские короли и Кастильские принцы.

Изабелла, объединив под своей властью всю Испанию, вынуждена была принять своеобразное антимонопольное законодательство, запрещающее сефардам занимать определенные должности.

Примерно в этот период начались массовые крещения иудеев. В большинстве случаев евреи принимали христианство под огромным давлением, ради спасения своих жизней и жизней своих детей, зачастую оберегая себя и свое имущество от обагренных по локоть в крови рук крестоносцев. Конечно, возможно были и евреи, искренне уверовавшие в то, что Иисус из Назарета и был долгожданным Мессией, надеждой Израиля. Сам Торквемада происходил из семьи крещеного испанского еврея. Но случаи эти были не просто единичными, а скорее исключительными. Все же большинство сефардов принимало христианство формально, что не трудно понять. Данный факт давал достаточно оснований церкви сомневаться в их искренности. Испанские евреи, внешне принявшие христианство, но тайно оставшиеся иудеями, получили прозвище маранов – презрительная кличка, в переводе с сефардского диалекта означающая нечистое животное, свинья. Другой возможный перевод - исп. Marr à nos или от араб. maran atha - проклятый. До сих пор не ясно, кто именно дал им такое обидное прозвище; бытует мнение, что первоначально так их называли сефарды, сохранившие верность иудаизму, а лишь затем этим нелестным прозвищем стали называть обращенных иудеев и коренные испанцы.

Перестав быть иудеями, мараны не становились и христианами, почти все они продолжали тайно исполнять иудейские обряды. Они держали свое иудейство в тайне, о нем было известно только ближайшим родственникам и другим маранам. Обычно они исполняли еврейские ритуалы в подземельях. Так, например, проводился пасхальный «седер». Мараны никогда не говорили своим маленьким детям о том, что они евреи, сообщая им это лишь в том возрасте, когда те уже могли хранить тайну.

Не смотря на то, что большинство маранов приняли христианство насильно, возвращаться к вере отцов церковь им запрещала. Более того, еще в сентябре 1201 г. папа Иннокентий III сформулировал этот запрет в своей буле: «... кто обращен в христианство насильно, страхом и пытками и над кем под страхом смерти совершено таинство крещения, тот действительно стал христианином... (и) должен быть надлежащим образом принужден придерживаться веры, которую он принял принудительно».

Инквизиция же через сеть осведомителей постоянно и тщательно следила за этими «новыми христианами». Если какие-либо их действия наводили на мысль о тайном исповедании иудаизма, например воздержание от свинины или приготовления пищи в субботу, то таких маранов вызывали на допрос инквизиции. И в этом случае оправдаться было делом уже почти невозможным. Инквизиторы, а все они были священниками, спрашивали у заподозренных не являются ли они тайными приверженцами иудаизма. Если евреи сразу признавались и сообщали инквизиции имена других тайных иудеев, наказание (или епитимья) могло быть легким: проводилась очень унизительная религиозная церемония публичного покаяния, часто всей семье при этом приходилось обнаженными пройти по центральной улице города или селения. Если таких маранов изобличали в тайном соблюдении заповедей иудаизма, и они раскаивались лишь после этого изобличения, их ждала так сказать «милость» инквизиции: легкая смерть – осужденного душили удавкой у столба, прежде чем предать его тело огню. Тех же, кто отказывался покаяться даже после изобличения, или имел мужество признать, что никогда не переставал считать себя иудеем подвергался неоднократным и жесточайшим пыткам с целью заставить его признаться в еретизме. Его жизнь превращалась в кошмар. Ужасные пытки, которым подвергались несчастные, вынуждали их давать самые невероятные показания против себя и тех, кто был "интересен" инквизиторам. Дыба, пытки водой, огнем, испанским сапогом доводили несчастных до последней степени изнеможения и нередко кончались смертью прямо в темнице. Если пытаемый маран так и не отрекался от «иудейской ереси», ему предстояло гореть заживо. Жестокость Торквемады ужасала даже римского папу Александра VI, но, боясь поссориться с испанской королевой, папа не стал принимать никаких мер.

Основные положения кодекса Торквемады сводились к следующему: инквизиция объявлялась тайным судилищем, первой и последней инстанцией, рассматривавшей дела еретиков. Ее решения считались окончательными и пересмотру не подлежали. Лица, обвиненные инквизицией в ереси и не признавшие себя виновными, подлежали отлучению и передаче светским властям для сожжения. Обвиняемый в ереси мог спасти себя от костра только полным признанием своей вины, выдачей сообщников, отречением от еретических воззрений и полным подчинением воле "священного" трибунала.

Для методов, применявшихся Торквемадой против "новых христиан", характерен сфабрикованный им в 1491 г. процесс по делу об убиении "святого дитяти" из Ла-Гуардия, процесс, ставший с тех пор своего рода эталоном для подобного рода провокационных спектаклей, периодически повторявшихся в разных странах и при разных режимах. В июне 1490 г., находясь во власти инквизиции, "неохристианин" Бенито Гарсия, подвергнутый пыткам, показал, что вместе с другими пятью марранами и шестью иудеями замышлял "заговор" против христианства. Чтобы обеспечить успех своим преступным планам, заговорщики будто бы решили убить некоего христианского мальчика из селения Ла-Гуардия. Они якобы похитили этого мальчика, мучили его, а затем вырезали у него сердце, и один из заговорщиков пытался изготовить из него волшебный напиток, при помощи которого можно было бы уничтожить инквизицию и все христианство. Названные Гарсией "заговорщики" были арестованы. Подвергнутые пыткам, они признались в своих "преступлениях". 16 ноября 1491 г. все "заговорщики", за исключением трех, погибших от пыток, были казнены в Авиле, причем иудеи были сожжены живьем, марранов, примирившихся с церковью, задушили перед сожжением, а трое погибших под пытками были сожжены  (изображение 2).

В первые полгода правления Торквемады было сожжено 298 человек а 79 приговорили к вечному заточению. Число жертв инквизиции увеличивалось с каждым днем. Из-за многочисленности осужденных пришлось даже придумать особый эшафот, так называемое «квемадеро». Он был сложен из камня наподобие печи - туда вводили сразу несколько осужденных и сжигали. Возможно, именно эти дьявольские изобретения послужили прототипом гитлеровских газовых камер и печей. Желтые звезды (первоначально – желтые круги) и гетто – это все, кстати, также изобретения средневековых христиан.

За восемнадцать лет своей "работы" Торквемада, по данным Льоренте, "десять тысяч двести двадцать жертв (моранов) сжег живыми, шесть тысяч восемьсот шестьдесят сжег фигурально после их смерти или по случаю их отсутствия и девяносто семь тысяч триста двадцать одного человека подверг опозоренью и исключению из службы на общественных и почетных должностях. Общий итог этих варварских казней доходит до ста четырнадцати тысяч четырехсот навсегда погибших семейств"⁶. Заметьте, что Ларенте был секретарем испанской инквизиции и писал, опираясь на материалы ее архивов.

При всем этом, как отмечает Р. Сабатини, было крайне выгодно предать марана в руки Святой Палаты; третью часть имения еретика получал доноситель, треть получала инквизиция и треть уходила в казну правящей четы. Получается, что было выгодно и обвинять, и осуждать, и покрывать данное беззаконие.

Большое количество маранов, опасаясь преследований, переселялась в Гренаду, где не было инквизиции до 1526 г. Естественно, что переселенцы не вызывали у местных христиан особой любви, и в еще большей мере попадали под иудейское влияние. Торквемада вынужден был принимать радикальные меры. Единственным возможным средством ограничить возвращение маранов к иудаизму была признана необходимость прекратить общение маранов с ортодоксальными иудеями. 31 марта 1492 года короли Фердинанд и Изабелла, под огромным давление со стороны духовника Изабеллы Торквемады и в его лице всей инквизиции, издали декрет, согласно которому всем иудеям предписывалось под угрозой смерти покинуть Испанию до 31 июля того же года. Декрет запрещал христианам укрывать кого-либо в своих домах после этого срока под угрозой тех же наказаний. Евреям было разрешено продавать свои земельные угодья, брать с собой движимое имущество и другие вещи, кроме золота и серебра, вместо которых они получали векселя или не запрещенные товары. Понятно, что сефарды вынуждены были продавать свое имущество просто за бесценок или вовсе бросать все то, что они нажили. Великий Инквизитор Торквемада поручил доминиканским проповедникам уговаривать евреев принимать крещение и не покидать королевства, даже был опубликован эдикт, гарантирующий крестившимся неприкосновенность. Иудеи, обладая обширными связями и определенными богатствами, попытались изменить решение королевской четы, но все это было тщетно. Испанию покинуло до восьмисот тысяч евреев. Большинство маранов бежало из Испании в более терпимые европейские государства, главным образом в Голландию, некоторые другие уплыли морем в Африку. Проф. Телушкин отмечает, что самыми удачливыми из изгоняемых оказались те, кто бежал в Турцию. Султан Баязет принял их тепло: «Как вы можете называть мудрым королем Фердинанда Арагонского, - спрашивал он, - того самого Фердинанда, который сделал бедной свою страну и обогатил нашу?»

Самыми несчастными беженцами были скрывшиеся в соседнюю Португалию. В 1496 г. португальский король Мануэль заключил брачное соглашение с дочерью испанского короля. В качестве условия этого брака испанские монархи настаивали на изгнании евреев и из Португалии. Король Мануэль согласился, хотя ему не хотелось терять свою богатую и преуспевающую еврейскую общину. В итоге только восемь португальских евреев были по сути изгнаны: десятки тысяч других были принудительно обращены в христианство под страхом смерти. Среди тех, кто отказался, был главный раввин Португалии Шимон Меами. Его закопали по шею в землю и продержали так неделю, пока он не умер. И все это произошло благодаря жестокости одного человека – Томаса де Торквемады.

Почти всем памятно изгнание евреев из испании в 1942 г.; мало кто знает, что евреев в разное время изгоняли практически из всех европейских государств, в которых они жили: из Англии в 1290 г., из Франции в 1306 и 1394 гг., из Венгрии в 1349-1360 гг., из Австрии в 1421 г., из многих княжеств Германии в XIV – XVI вв.., из Литвы в 1445 и 1495 гг., из Португалии в 1497 г., из Богемии и Моравии в 1744-1745 гг. С XII в. по 1771 г. евреям не разрешалось жить на территории России и Малороссии.