Call of Zion

В день поминовения Шоа евреи клянутся: «Никогда больше». Но «никогда больше» это не произойдет, если мы поймем духовные, а не только политические причины Катастрофы. Их осознание – стратегическая задача Израиля: более важная, чем ядерное сдерживание.

Почему Бог допустил Холокост? Иудаизм довольствуется ответом Бога Иову: то есть отсутствием ответа. Да, в делах духовных вопрос часто важнее, чем ответ. Но все же религия нужна именно для попытки постигнуть то, чего линейный разум постичь не в силах. Поэтому ортодоксальный иудаизм иногда все же пытается ответить на страшный вопрос о Катастрофе. Есть ответ сефардский*, изреченный равом Овадьей Йосефом: «Жертвы Холокоста – это инкарнации грешников». И есть ответ ашкеназских харедим*: «Холокост – наказание за ассимиляцию европейских евреев».
Но это и есть линейная логика – забракованный ответ друзей Иова.
Может быть, чтобы осознать смысл последнего Холокоста, надо оглянуться на первый?
Первый Холокост и последовавшее затем образование еврейского государства правоверный иудей должен вспоминать в молитвах ежедневно, но особенно – на Песах. Первый Холокост произошел в Египте. Трудовые лагеря смерти на строительстве пирамид. Уничтожение еврейских младенцев. Паранойя о еврейской опасности: «Ухитримся против него, чтобы он не умножился». Это Фараон или Геббельс?
И уничтожили бы в Египте всех, если бы народ не пошел за Моисеем.
А идти он не хотел. В жизни каждого отдельного человека, как и в жизни государства, всегда сильнее стремление к выживанию, нежели к выполнению своего божественного предназначения, – к выполнению Миссии. Но духовный закон неумолим: предавая Миссию, человек и народ теряют вскоре и возможность выжить. И наоборот – рискуя выживанием во имя исполнения Миссии, обретают и славу, и жизнь.
Евреи в Египте хотели выжить, хотели оставаться возле «котлов с мясом». Лишь ужесточение фараоновых репрессий заставило их внять Моисею – выйти в пустыню, рискуя выживанием, «чтобы совершить служение Богу».
Тогда произошло первое из многих, составляющих суть еврейской истории, столкновений между, по выражению Жаботинского, «ассимиляторами и националистами». Сказать иначе – между прагматиками-конформистами и идеалистами-визионерами.
Во времена Моисея визионерам удалось победить конформистов – и народ совершил Исход без Катастрофы.
Однако визионерам начала ХХ века – от Герцля до Жаботинского – убедить конформистов не удалось. Новых пророков евреи не послушались. Тщетно прорицал Макс Нордау европейским евреям: «Треть из вас будет уничтожена, треть ассимилируется, треть спасется в Эрец-Исраэль*». Напрасно взывал Жаботинский: «Ликвидируйте диаспору или диаспора ликвидирует вас».
«Тупые сионисты» – звали их еврейские интеллектуалы Европы.
Их близорукий прагматизм стоил евреям Холокоста.
Не внявшие новым пророкам стали искупительной жертвой. «Израиль возник из пепла Холокоста» – стало принятым метафизическим объяснением, предложенным религиозными сионистами. И это – истина. Но лишь одна из ее граней. Попробуем приоткрыть хотя бы еще одну.

Евреи созданы для выполнения всемирной духовной Миссии. Если они отказываются потрудиться духом своим и осознать ее, то становятся не нужны: отмирают, подобно любому члену тела, перестающему выполнять свои функции. Миссию Бога, вернее ее страшное искажение (упомянутая «обезьяна Бога»), начинает выполнять Противник, первым делом пытаясь ампутировать «отсыхающее еврейство». И боль от впивающегося ножа заставляет этот орган вспомнить о своем назначении и начать функционировать вновь.
При этом Миссия евреев всегда одна и та же: трансформация сознания человечества. Но после второго изгнания евреи замкнулись в гетто. И хотя за оградой вокруг Закона, которая была необходима для сохранения семени израилева от ассимиляции, в галуте* были созданы великие духовные труды иудаизма, Дом Иакова, по большому счету, не нашел способ совместить сохранение себя как нации со служением народам: с активным трудом по превращению человечества в богочеловечество.
Грех отказа от выполнения Миссии накапливался почти две тысячи лет. Пока той же задачей – трансформацией человека в сверхчеловека – не занялся Сатана.