Call of Zion

Истинность неприемлемых догматов

Вернемся к заданному вопросу: какого Иисуса может принять еврей? Может ли еврей сказать "я верую в Иисуса распятого", оставаясь правоверным иудеем? Может, если это означает следующее: я верю, что если я пойду на жертву, придам закланию мою ветхую природу (ветхую не значит "ветхозаветную" – синайское откровение первым призвало человека принести в жертву Богу свою низшую природу) – то есть природу эгоистическую, то я обрету жизнь вечную, возлягу на ложе Авраама (можно сказать и "воскресну", ибо пророки воскрешали мертвых и в воскресение продолжает верить еврейская традиция), спасу свою душу от посмертных мучений и возможной духовной смерти. Это есть "кидуш ха-Шем", это есть освящение Имени Всевышнего, мученичество за Него, которое приняли миллионы евреев в течении истории. Я верю в это и пример Йешуа, как и пример сонма других еврейских (и не только) праведников и святых, это подтверждает. В этом и только в этом для еврея заключается "благая весть".

Неужели христианам мало такой веры евреев! Им нужно, чтобы считать евреев "спасенными", чтобы еврей в точности повторил формулу исповедания Павла: "Верую во Христа распятого"?
Еврей может сказать и это, только если разобрать смысл данной фразы. Если она означает, "верую в то, что Иисус был Христом (Машиахом) бен Йосефом, страдающим Машиахом язычников, через которого сбылись пророчества и миллиарды людей пришли к почитанию нашего Бога – Бога Авраама, Ицхака и Иакова – что римляне его распяли, но он воскрес – то есть, явил себя ученикам в своем теле света и затем отправился к нашему общему Небесному Отцу и возлег на ложе Авраамовом" – то да, еврей, подумав об этом, может в это поверить. На исправление его души – что и является спасением для любого человека – это может повлиять лишь в одном: осознание этого факта увеличит преклонение еврея перед Всевышним, который совершил через Йешуа чудо присоединения к Израилю стольких народов.

Если же христиане настаивают, что для еврея это должно означать, что Тот, кто, по еврейской теологии, должен окончательно избавить человека от "дурного начала", от эгоизма, окончательно повергнуть Диавола и посему примирить между собой не только все народы, но даже человека с животным миром, то есть Машиах Торжествующий, Машиах бен Давид, уже приходил ("тогда где результаты?" спрашивает еврей) и теперь, чтобы быть "спасенными" надо "верить в него" и называть его "Господом", то в это еврей не поверит никогда, и мы навечно останемся в потемках теоретического спора. Спора не просто бесплодного, но и вредного, ибо Всевышний и Машиах его определяют "своих" по делам, по тому, как на деле они преодолели свой эгоизм (вели христоподражательное житие), а не по тому, как они славили Машиаха – о чем и предупреждал Иисус, а вовсе не по вере и благодати, даже если это выводится из слов апостола Павла.

Если христиане принимают такое принятие евреями Иисуса, то наша душа свободна… восхититься их догматами, которые не принимает наш ум.
Здесь следует подчеркнуть, что неприемлемость этих догматов для евреев вовсе не означает их не-истинности. Это означает только что они не нужны евреям для спасения. Но если их не навязывают евреям, то относиться к ним еврей может не с враждебностью, как к "форме идолопоклонства", и даже не с вежливой холодностью, а с восхищением красотой человеческого духа, явленного через них, и более того – с восхищением промыслом Божьим: по которому из зерна нашей веры вырос такой обильный урожай духа.

Как же так? Мы не согласны, но мы восхищаемся? Парадокс, но это духовный закон: мы должны радоваться, что Бог открыл нашей пастве такой путь к Себе. Истина едина, но пути к ней разные – в этом многообразие и красота Божьего замысла, в этом ценность духовной свободы человека – в создании своего пути к Добру. Как сказал рабби Яаков Ицхак, Провидец из Люблина: "Бог, которому можно было бы служить лишь одним-единственным путем, - что это был бы за Бог!" Поэтому истинность или ложность догматов определяется только по принесенным им плодам.

Догмат о "евреях-христоубийцах" разорвал Богом замысленное единство священников и паствы, произвел гекатомбы еврейских жертв, покрыл Церковь несмываемым позором, породил кровавые наветы и "Протоколы сионских мудрецов", погромы и "Майн Кампф". По этим плодам, а не только по фактической неверности, это догмат ложный. Но другие христианские догматы породили подвижников и святых, отцов церкви и мучеников, Данте и Шекспира, Гете и Толстого, Рафаэля и Микеланджело, Франциска Ассизского и Мать Терезу. Западная культура не была бы собой без этих догматов – и значит, они истинны: не в смысле универсальности, но в смысле правильности этого пути для выбирающих его христиан.

Начать с догмата о Боговоплощении – самого неприемлемого для евреев… Быть может Провидение таким образом воплотило мечту самих евреев - ответило на молитву, которую евреи трижды в день веками возносили и возносят к Небу: "И да увидим мы своими глазами, как вернешься ты, по милосердию своему, в Сион"? Ведь это еврейское, а не языческое прозрение: что нельзя увидеть незримого Бога на Земле нигде и ни в чем, кроме как в ближнем своем: не в царе, вожде или герое, а в страдающем человеке, душа которого создана по образу и подобию Божию. Увы, Церковь часто видела воплощение Бога только в страдающем Иисусе, а не в любом человеке – тем более не в гонимых евреях. Но там, где христиане совершали подвиги человеколюбия, они видели в каждом страдающем Христа, а значит - Бога. Так действовало еврейское зерно этого догмата и так давало благодатные плоды.

Так же, судя по плодам христианской традиции почитания Матери Иисуса, мы должны признать, что Всевышний благословил христиан, верящих в Приснодеву, Богородицу, Деву Марию. Плоды этой веры - есть величайшие проявления милосердия и красоты в социальной жизни и культуре христианского мира, вдохновленные культом Мадонны. Поэтому мы можем увидеть в почитании христианами Богоматери не пережитки языческих культов богинь плодородия, а зримый образ Шехины, присутствия Божия.

Догмат о Предсуществовании Христа? "Прежде чем Авраам был, Я есмь..." Еврейская традиция может усмотреть здесь другой смысл. Если человечество было замыслено Всевышним с самого начала, то и физический проводник Света, освещающего сознание человечества, то есть еврейский народ, тоже был замыслен с самого начала. А луч, исходящий из этого народа для освещения язычников, личность, через которую этот свет распространяется на всё человечество, и есть Йешуа. Луч - это интегральная часть источника света, они неразрывны, и значит идея луча точно также существовала изначально. Именно это имел ввиду Йеуша, а не свое физическое рождение прежде чем Авраам.

Мы уже писали о божественной диалектике, в которой Израиль – страдающий мессия человеческой истории, Иисус – страдающий мессия духовной истории. Свет и его Луч. Луч освещает тьму, и она становится светом, воссоединяется с Израилем. Христос – это тшува народов, возвращение народов к Израилю.

Связь Израиля с Иисусом неразрывна, как у Солнца и его света, как у эпицентра подводного вулкана и прибоя. Волна рождается в центре, доходит до края моря и возвращается к центру. И как бы далеко она ни зашла – она связана с центром той же субстанцией, она везде – это та же самая волна. В каком бы затерянном уголке света, какая бы потерянная душа ни раскаялась и ни вдохновилась вестью о воскресшем Иисусе и его Боге, она входит в расширенный Израиль.

Отсюда Евхаристия вовсе не языческий рудимент "повязывания кровью", но мистический и Бого-вдохновенный символ, помогавший объединению языческих народов в единую Семью, в расширенный Израиль³. Бог хочет, чтобы человечество служило Ему в гармонии Храмовой службы – где есть священники-евреи и есть прихожане, и между ними есть граница в месте и способе предстояния, есть различие в обязанностях, есть отделенность формы и единство духа. При этом Бог хочет, чтобы у них всех, находящихся внутри его Храма-мироздания, у всего человечества была любовь как внутри семьи, ибо Отец Небесный любит равно всех.

Любовь внутри священства, еврейского народа, циркулирует на духе синайского откровения и на общей крови. Откровение – важнее. Нормальный еврей должен испытывать к другому еврею братские чувства, в первую очередь, потому что они одного Завета. В современном еврейском народе большинство не испытывает к другим евреям братских чувств, потому что верит не в Завет, а в идеологию своего сектора – светского, ортодоксального и т.п. Это отдельная тема, но те светские евреи, кто любят других евреев, несмотря на различия в идеологии, любят их на основании кровного родства. И любовь кровную, семейную, ее святость и ее крепость, избрание родовое по семени Арваамову, Бог не отменял с рождением Иисуса и не снимал с нее благословения. Она стоит на том, что наши предки, кровные братья, вместе шли с нашим общим отцом Иаковом в Египет, вместе стояли плечом к плечу у подножья Синая, вместе молились во дворе Иерусалимского Храма. Мы все были родственниками тогда и мы все родственники сейчас.

На какой основе народам чувствовать такую семейную, близкую кровную любовь друг к другу? На основе духа, говорит Церковь. У нас общий Отец Небесный, общий Христос… Но вошедшим в эту новую, всемирную семью, в этот расширенный Израиль, все же хотелось любви кровной, любви братской, которую можно ощутить всей плотью своей, а не только духом. И в Церкви рождается таинство, основанное на словах Йешуа, сказанных на последнем его седере, но получивших значение более широкое: в нас течет одна, братская, кровь и эту мистическую кровь Иисуса Христа мы принимаем в себя во время причастия.

Ум и душа еврея не принимает этого, но Бог благословил это таинство для народов, принявших христианство, ибо оно укрепляло чувство братства, чувство связи с Иисусом и через него – со Всевышним. Оно, подобно другим таинствам Церкви, поднимало ежедневно дух миллионов и поддерживало страдающих. Эта мистическая кровь Иисуса, еврейская кровь, напитала привитую к нашему стволу ветвь, и та дала прекрасные плоды – плоды западной культуры – от чаши Грааля до Американской Конституции. Мы, евреи, как и всё человечество, вкушаем эти плоды, и было бы ханжеством говорить, что питались они ложью. А если не ложью – то Истиной, одним из аспектов ее.

________________________________________

² согласно самой еврейской традиции нет ясности, о каком Йешу говорит Талмуд, то есть имеет ли он какое-то отношение к Иисусу христианства

³ еврейская традиция признает, что языческие по происхождению обряды позволительны народам, если это форма служения Всевышнему.